Ольга Рёснес
Воля к радости


Тематика книги Воля к радости в различных интернет магазинах
Похожии по тематике на книгу Воля к радости
  • Елена Медведева. Тайна российского дуче
  • Серж Бэст. Короткая любовь
  • Светлана Локтыш. Чудо в перьях. Сборник серьезных и сказочных историй
  • Лина Городецкая. Отец женится. Повесть
  • Алма Джуманбаева. Монолог треугольника
  • Роман Тарасов. Перед рассветом
  • Максим Сергеевич Рыков. Искусство войны. Книга 1
  • Антон Гончарук. Ручей сквозь раку
  • Джеймс Хедли Чейз. Что лучше денег?
  • Лариса Рогулева. Встреча. Рассказ
  • Дмитрий Михайлович. Холодный мир
  • Тамара Злобина. Любовь зла. Криминальная драма
  • Екатерина Гнатюк. Слова о важном
  • Светлана Полтавская. Lloyd
  • Андрей Иоанн Романовский-Коломиецинг. Нумерология ФСМ. Кодовости
  • Михаил Михайлович Вербицкий. Тропа тунеядцев – 6. Эпидемия. Часть вторая. Роман-катастрофа
  • Людмила Шаталова. Бумеранг добра. Квартира. Сестры
  • Маша Максвелл. Алмазный таракан. Современная проза
  • Елена Бокова. Жизнь продолжается
  • Андрей Максимов. Крест. Несколько дней из жизни поколения 2004-х
  • Валентин Яковлевич Иванов. Хроники научной жизни
Другие книги автора Ольга Рёснес
  • Ольга Рёснес. Алые розы на черном кресте
    Алые розы на черном кресте
    Ольга Рёснес
    Роман «Алые розы на черном кресте» – об успехе и падении «геноцидальной» медицины.
  • Ольга Рёснес. Донское
    Донское
    Ольга Рёснес
    Подросток старается сам осмыслить открывающуюся перед ним конфликтную жизнь взрослых.
  • Ольга Рёснес. Корни вереска
    Корни вереска
    Ольга Рёснес
    Роман "Корни вереска" – драма любви связанных между собой в прошлой жизни и родившихся в новых обстоятельствах людей.
  • Ольга Рёснес. Пустыня
    Пустыня
    Ольга Рёснес
    Роман "Пустыня" – хроника разложения академической среды с точки зрения "выжившего".
  • Ольга Рёснес. Белый ангел смерти
    Белый ангел смерти
    Ольга Рёснес
    Роман "Белый ангел смерти" – судьба собаки, порода которой предназначена для охоты на людей в хаосе "перестроечной" деградации ценностей.
  • Ольга Рёснес. Норвежская народная душа в свете германского духа (Антропософский очерк)
    Норвежская народная душа в свете германского духа (Антропософский очерк)
    Ольга Рёснес
    Неподалеку от того места, где я живу сегодня, высится среди леса древний, трехтысячелетней давности, могильник: груда морских валунов, наваленных на выступающее из почвы мощное каменистое плато. Смысл этого погребального возвышения над «этажом ниже» растущими березами, елями, соснами и зарослями вереска состоял исключительно в том, чтобы перед умершим открывался вид на море, которое в те давние времена подступало вплотную к нынешним пашням, одарив их обилием крупных и мелких камней. Вид на море был символом странствий – прежде всего, странствий в духе – к которым было исключительно предрасположено немногочисленное пока еще население европейского севера: странствия должны были продолжаться и после смерти.
  • Ольга Рёснес. Меч Михаила
    Меч Михаила
    Ольга Рёснес
    Так странно и жутковато стать рядом с ними, чужими и незнакомыми, укорененными в каких-то своих не известных никому жизнях, волею случая, а может, самой судьбы, и вмиг забыв себя, свои «откуда» и «зачем», уставиться горящим взглядом в раскрытую настежь дверь церкви, откуда несется наружу неутомимый голос батюшки, и истово, словно перед каким-то большим испытанием, креститься, креститься… И ничего хорошего в мире давно уже не происходит, если не считать рождения и смерти, а люди почему-то надеются на что-то особенное, чего им никто и нигде не обещает, да и никакого подтверждения этим надеждам нет, но сами эти надежды так никуда и не уходят, словно приклеенные к каждой, какая ни есть, душе. Об этом Дмитрий думал не раз, и всё брала его какая-то злость: не властен ни ты, ни рядом с тобой стоящий распоряжаться жизнью единолично, будто бы эта жизнь и не твоя. Но тогда спрашивается, чья?
  • Ольга Рёснес. Аушвиц: горсть леденцов
    Аушвиц: горсть леденцов
    Ольга Рёснес
    В последнее время я стал замечать, что разговариваю с самим собой, и это явный признак старости и одиночества, если не сказать – безумия. Меня давно уже все забыли, а кто мог, тот бросил, нисколько не озадачиваясь важностью отмеренных мне судьбой последних, ах, самых последних лет… Мне ведь уже девяносто четыре, жизнь моя затянулась, и это надо принимать как должное: мне что-то еще предстоит.
  • Ольга Рёснес. Ангел, архангел, архай
    Ангел, архангел, архай
    Ольга Рёснес
    К числу неудобств современного мышления, как научного, так и обыденного, относится необходимость время от времени покидать «обжитую» область и устремляться в неизвестные дали. Эта особенность мышления становится очевидной на стыке второго и третьего тысячелетий, когда ни наука, ни практика не могут уже идти прежними путями благоденствия и прогресса, не разрушая при этом саму человеческую жизнь. Никогда еще с такой интенсивностью не развивались прикладные исследования, призванные максимально обеспечить человека разного рода комфортом и достатком, в связи с чем у многих, в том числе и у «мыслящей части человечества», складывается многообещающая картина мира, в которой всё – от достигшего своих вершин человеческого ума. И только присмотревшись внимательнее к этой захватывающей воображение и чувства панораме благоденствия, с ее перспективами «господства над природой», «свободы слова и совести», «физического бессмертия», можно обнаружить, что в ней, увы, отсутствует человек в самом своем наиважнейшем: в своем духе.

© 2007-2019 books.iqbuy.ru 18+